Из жизни После несложной операции ребенок остался лежачим инвалидом. Его мать уверена, что врачи допустили грубейшую ошибку, и намерена судиться с медиками

6 141

ВКонтакте

В Ростовской области 29-летняя мать Елена Падык из города Азова намерена судиться с медиками, которых обвиняет в грубейшей ошибке и халатности, из-за которой ее сын стал инвалидом. Об этой истории рассказывает «КП».

Минувшей зимой Елена привела на прием к хирургу в одну из городских поликлиник своего 9-летнего сына Ярослава. Врач рекомендовал удалить воспаленные лимфоузлы и сказал женщине, что это обычная и несложная операция.

— На мою просьбу провести диагностические исследования сыну он ответил отказом. Доктор сослался на то, что анализ лимфотока крови очень сложный, а забор крови осуществляется через грудную клетку, — рассказывает Елена.

Тогда женщина сама обратилась за консультацией в филиал областной больницы, где ребенку поставили диагноз «злокачественная гиперплазия лимфоидной ткани» и также предложили удалить лимфоузлы. Правда, из назначенных исследований были только общий анализ крови и мочи. Остальные им якобы были не нужны, мол, «операция по удалению лимфоузлов очень простая и займет всего-то десять минут времени».

ВКонтакте

Через десять дней Елена с Яриком пришли в больницу на плановую операцию.

— Вскоре нам позвонили и сказали забирать ребенка из реанимации в палату. Когда моя мама с санитаркой и каталкой зашли за Яриком, то увидели, что он побледнел. Оказалось, ребенок не дышит! Он был без трубок для дыхания. Его срочно подключили к аппарату искусственной вентиляции легких, а ритм сердца замедлялся: 40, 30, 10 ударов в минуту… Укол адреналина, массаж… Запустили! Но то, что было потом, я узнала позже. Были судороги, из-за кислородного голодания пошел отек мозга. Плюс резкий выброс адреналина привел к падению уровня сахара, который оставался на критическом уровне двое суток. Наступила гипогликемия. Ребенок — в коме, — вспоминает мать мальчика.

Врачи искали причины резкого ухудшения состояния ребенка. Был собран консилиум, мальчика снова поместили в реанимацию. К счастью, ребенок выжил, но последствия оперативного вмешательства оказались очень тяжелыми: ребенок не разговаривает, не улыбается, не может сидеть, ходить и даже переворачиваться самостоятельно. За несколько месяцев Елена с сыном сменили не одну больницу. Ребенка возили на реабилитацию в Ялту и Новосибирск. Деньги на лечение собирали всем миром — присылали и друзья Ярослава и семьи, и неравнодушные люди в Интернете. Одноклассники мальчика ждут его в школе и желают выздоровления.

kp.ru

Все это время молодая женщина пыталась выяснить, как пустяковая, по словам врачей, операция могла сделать из ее жизнерадостного и активного ребенка инвалида.

— Как мне потом сказали независимые эксперты, скорее всего, анестезиологом во время проведения операции необоснованно был подан внутривенный наркоз: его необходимо было производить с интубацией легких трубкой. Плюс со стороны врача операция проходила без должного контроля функции дыхания ребенка, что явилось в итоге причиной его остановки в течение пяти минут и привело к значительным поражениям мозга. Кроме того, консилиум медиков собрали только к вечеру, а в детскую реанимацию другой больницы его перевели только утром следующего дня. То есть, по сути, теряли драгоценное время! Да и трудно определить, какие эмоции одолевают, когда думаешь о результатах биопсии лимфоузлов, которые удалили. Анализ показал банальный воспалительный процесс, т. е. ребенка возможно было пролечить без хирургического вмешательства!

ВКонтакте

Сейчас у Ярослава целый букет диагнозов, среди которых органическое поражение центральной нервной системы, эпилепсия, деформация стоп и отслоение сетчатки обоих глаз. В общем и целом, вегетативное состояние. Семья ребенка продолжает лечение и реабилитациооные мероприятия, которые требуют больших средств. Чтобы хоть как-то компенсировать эти расходы и найти деньги на лечение, Елена собирается обратиться в суд с иском к медицинскому учреждению, где Ярославу делали операцию. Она требует с медиков 1,7 миллиона рублей. В той самой клинике комментировать случай с Ярославом отказались, а на претензию о защите прав потребителя медицинских услуг, которую направил юрист от имени Елены, там просто не ответили.